Мы привыкли всё, что происходит вокруг нас, оценивать через те чувства, которые у нас по этому поводу бывают в душе: хорошо мне или плохо, – и в зависимости от этого выносить суд какому-то событию. И от этой привычки нам нужно отвыкнуть, потому что надо, как и преподобный Андрей, рассматривать свою жизнь с точки зрения слова Божия, постепенно себя воспитывая, постепенно трудясь над тем, чтобы слово Божие в нас вместилось – чтобы мы могли оценивать и свои поступки, и свое духовное состояние, и то, что происходит вокруг нас, именно им, а не по тому чувству, которое мы испытываем. Потому что наши чувства лгут, в них всегда присутствует лесть. Человек хочет, чтобы на душе у него был покой, но покой, который дается не Святым Духом, а покой душевно-телесный. И к этому он устремляется и пытается как-то свою жизнь устроить, чтобы ничто его не трогало, не волновало.

 

Грех – это разделение человека и Бога. Грех есть отдельная от Бога жизнь, самостоятельность человека от Бога. Соединение с Богом дается человеку даром, не за какие-то заслуги. Это тайна, почему так происходит. Только живые взаимоотношения человека и Бога могут спасти душу, спасти от греха, спасти от разъединения, если человек хочет соединиться с Богом вопреки своим грехам, своим страстям, устройству своей жизни – вопреки всему, во что бы то ни стало хочет соединиться с Богом. И это желание человека Богом и награждается, Господь Сам освобождает человека.

 

Господь может очистить, может помочь человеку и с молитвой, и помочь освободиться от каких-то страстей, лишь бы человек воистину хотел бы достичь Бога. Покаяние, по определению, это и есть осознание всего ужаса того, что человек отделен от Бога, что он не знает, где Он, не чувствует Его. Это состояние, когда человек понимает, что то, как он живет, это не есть жизнь, и стремится во что бы то ни стало так Богу угодить, чтобы Господь на него посмотрел, призрел на его усилия, пусть и ничтожные, но они все-таки есть, есть устремление. Вот это – основа духовной жизни.

 

И покаяние есть возбуждение своей души к этому внутреннему деланию, чтобы основной мотив каждого поступка был приближен к Богу. Тогда в этом свете будет понятно, что многое из того, к чему мы стремимся, совершенно не нужно.